Платоновское философское общество
Plato
О нас
Академии
Конференции
Летние школы
Научные проекты
Диссертации
Тексты платоников
Исследования по платонизму
Справочные издания
Партнеры
Интернет-ресурсы

МОО «Платоновское философское общество»

НАЗАД К СОДЕРЖАНИЮ

УНИВЕРСУМ ПЛАТОНОВСКОЙ МЫСЛИ X

А. Д. Пантелеев

СРЕДНИЙ ПЛАТОНИЗМ
И ГНОСТИЦИЗМ О ПАДЕНИИ ДУШИ

Знаменитый английский исследователь Эрик Робертсон Доддс в первой главе своей книги «Язычник и христианин в смутное время» отмечает «обесценивание» материального космоса, восприятие его как чего-то, что противостоит благому Божеству. В этой связи возникает закономерный вопрос: а каким образом в этом презренном мире, в этом грязном теле оказалась душа? Доддс подробно не останавливается на изучении ответов на этот вопрос, ограничившись краткой сводкой мнений от орфиков и пифагорейцев до Плотина и Августина.

В данном сообщении мы постараемся показать различные варианты ответа на этот вопрос, которые давались средними платониками (II в. н. э.) и продемонстрировать их связь с учениями некоторых гностиков — их современников. Нам хотелось бы начать с рассмотрения трактата Плутарха Херонейского «О лике, видимом на диске луны». Это —диалог, состоявшийся между Луцием Суллой и его друзьями; в конце диалога Сулла рассказывает миф, услышанный им от некоего чужеземца. По словам чужеземца, Луна — вместилище душ (De Facie., 28 f.). После рассказа о том, как попадают души на Луну и что там с ними происходит, он описывает способы и причины их падения оттуда. Души становятся демонами, которые «нисходят для заведывания оракулами, соприсутствуют и соучаствуют в высочайших таинствах, являются карателями неправд и блюстителями правды, охранителями в войнах и светочами в море. Если в этих действиях они действуют несправедливо — из-за гнева, за неправедное приношение, или из зависти — то несут наказания: низвергаются снова на землю, заключаемые в человеческие тела» (De Facie., 30). Место происхождения душ — Луна, а не какая-то занебесная область, окончательное падение души — следствие ее падения «нравственного» и это происходит далеко не со всеми.

В сочинении Ямвлиха «О душе» (оно дошло до нас во фрагментах у Стобея) упоминаются и другие варианты: по мнению Гераклида Понтийского, души спускаются с Млечного Пути или же со всех небесных сфер — здесь Ямвлих не указывает источников. Ямвлих продолжает свое исследование рассмотрением причин, по которым совершается нисхождение: «Платоники школы Тавра утверждают, что души посылаются вниз, на землю, богами; некоторые из них, следуя "Тимею", объявляют, что это происходит для совершенства вселенной, другие же считают целью нисхождения проявление божественной жизни. Такова, они говорят, воля богов — явить их божественность посредством душ, потому что боги способствуют видимому миру и открывают себя через чистую и неоскверненую жизнь душ». Кальвизий Тавр и его последователи представляют, по выражению Додд-са, «оптимистическую» ветвь платонизма, опирающуюся на «Тимея». Вторая же точка зрения очень близка тому, что утверждает христианство — что Бог создал нас для собственной славы.

Свидетельства Ямвлиха можно дополнить фрагментами из «Учебника» Альбина, который относится приблизительно к тому же времени, что и деятельность Тавра. В «Учебнике» мы находим целый список возможных причин нисхождения души: e arithmous menousas e boulesei theon e di’ akolasian e dia filosomatian («[души меняют многие тела – человеческие и другие –] или дождавшись прошествия отмеренного им числа лет, или по воле богов, или из-за невоздержанности, или из-за приверженности к телу») (Didasc., 25, 6). Рассмотрим эти причины подробнее:

1) arithmous menousas ?riqmoYj menoYsaj. Ю. А. Шичалин переводит это словосочетание как «дождавшись прошествия отмеренного им числа лет». Мы не можем согласиться с таким вариантом перевода. Джон Диллон пишет о трудностях, связанных с пониманием этого места и предлагает понимать его как «дождавшись своего числа», т. е. «откликнувшись на зов, когда подойдет их число» (имеется в виду миф об Эре из Х-й книги «Государства»). Альбин не останавливается на этом подробно, но скорее всего это причина, предполагающая какую-то космическую необходимость, чем проступок души, приведший к падению;
2) boulesei theon («по воле богов»). Скорее всего, Альбин здесь имеет в виду то же, что и Кальвизий Тавр — явление божественного посредством души. В любом случае, это тоже не предусматривает ответственности самой души;
3) di’ akolasian («из-за невоздержанности»). Вероятно, греховное своеволие со стороны отдельной души. Здесь мы имеем дело с падением по собственной воле, и судя по тому, что говорит Ямвлих, это близко к взглядам самого Альбина. Чуть ранее в том же трактате «О душе» Ямвлих дает сводку мнений о причинах падения души. Для гностиков он называет «умственное расстройство или проступок» (paranoias e parekbaseos ), а для Альбина, который следует прямо за ними — «ошибочное решение свободной воли» (Stob. Anthol., I, 49, 37). Это позволяет нам причислить Альбина к «негативной» традиции в платонизме, которая имеет много общего с гностиками в восприятии космоса; 4) dia filosomatian («из-за приверженности к телу»). Эта четвертая причина, как может показаться, не очень отличается от предыдущей и, на первый взгляд, тоже относится к «негативной» тенденции. Но здесь Альбин делает забавную оговорку: «Душа и тело в каком-то смысле приспособлены друг к другу, как огонь и смола». Это сравнение может предполагать, что когда душа, по ходу своего пути через вселенную, проходит в непосредственной близости от тела, она должна войти и одушевить его, и это происходит без какой бы то ни было обдуманности этого поступка с ее стороны. Таким образом, воплощение является неотъемлемой частью устройства вселенной, а не ошибка, вменяемая судьбе. Не вполне ясно, почему Альбин здесь исключает вариант падения души.

Альбин предлагает эти варианты как альтернативы; он мог бы их как-то систематизировать, но не сделал этого.

Сам Ямвлих четко разделяет два типа нисхождения, одно — добровольное: «сама душа выбрала управление земной областью», второе — вынужденное: «душа насильно помещена в то, что хуже ее». Ямвлих не говорит о причинах этого насильственного перемещения, но, возможно, оно связано с предыдущим грехом души. Диллон отмечает в этой связи, что Платон в мифе в «Федре» о судьбе души философа и остальных душах (248 de) ничего не говорит о двух видах нисхождения души. Ямвлих же идет дальше Платона, заявляя, что два вида отношения к телу соответствуют двум видам душ. «Чистые и совершенные души приходят для вселения в тело чистым способом, без того, чтобы быть одержимыми страстями и лишенными силы разума; для душ противоположного характера — обратный случай». Чуть далее Ямвлих раскрывает это различие: оказывается, что речь идет не о двух, а о трех возможностях. «Более того, по моему мнению, разность в целях создает различие в видах нисхождения души. Душа, которая спускается для спасения, очищения и совершенства материального мира, чиста в своем сошествии; напротив, душа, которая направляется в тело для исправления своей моральной жизни, не совсем свободна от страстей и не будет ими оставлена; если же душа сходит вниз из-за наказания и приговора, кажется, что ее ведут и тащат». Сам Ямвлих полагает, что любое воплощение души — зло, но упоминает как придерживающихся такого взгляда только Ну-мения, Крония и Гарпократиона.

Многое из среднеплатонического материала заимствует Плотин. Плотин обвинялся в непоследовательности и сбивчивости мысли касательно данного предмета, но эта непоследовательность была уже в сочинениях Платона — ни в «Федре», ни в «Тимее», ни в «Государстве» у нас нет четкого ответа. В ранних работах Плотин утверждает (возможно, вслед за Нумением), что падение души — следствие добровольного выбора (IV, 9, 13; V, 1,1). Но позже (IV, 3, 13) Плотин утверждает, что души нисходят «ни свободно, ни по приказу Бога», но инстинктивно, повинуясь внутреннему «указанию» (prothesmia ), как корова отращивает рога; это своего рода необходимость. Это очень похоже на четвертую причину Альбина.

Подводя некоторый итог, можно отметить, что в платонизме первых веков нашей эры существовало разнообразие взглядов на нисхождение души. Можно сказать, что вопрос состоял в том, виновна душа в каком-то прегрешении или нет. Для гностиков, например, для валентиниан было очевидно, что София, трансцендентная мировая душа, виновна в том, что она захотела познать непознаваемого Отца, и ее любопытство привело к созданию материального мира и, в конечном итоге, нашему заключению в нем. Но точно так же как и в платонизме, рядом с этим существовало и мнение о том, что свое отступничество София совершила с ведома и едва ли не по воле Отца: «София же Эпинойа, будучи эоном, произвела мысль свое мыслью в согласии с размышлением незримого Духа и предвидением», читаем мы в «Апокрифе Иоанна» (NHC, II, 1, 9, 25-32). Ириней Лионский, излагая учение Птолемея, одного из лидеров западной ветви валентинианства, оговаривается: «Но Молчание по воле Отца сдержало Ум, потому что оно хотело все зоны привести к разумению и желанию исследовать вышеназванного Первоотца» (Adv. Haer. I, 2, 1).

В заключение можно привести слова Джона Диллона: «В гностицизме, как и в платонизме, существовало некоторое противоречие между двумя взглядами на участь души: с одной стороны, — уверенность в том, что был какой-то проступок, с другой, — убеждение, что всего этого желает бог, и что это — если не к лучшему, то, по крайней мере, неизбежное следствие существования мира».


Пантелеев Алексей Дмитриевич - аспирант кафедры истории Древней Греции и Рима исторического факультета СПбГУ

© СМУ, 2007 г.

НАЗАД К СОДЕРЖАНИЮ